Палестино-израильские отношения (1991–1993 гг.). Часть 2 - Исторические - Статьи - Разное, Раздел Файлов, Для Игр - Сеть Новостей Мультфильмов Фото Городов
Главная » Файлы » Статьи » Исторические

Палестино-израильские отношения (1991–1993 гг.). Часть 2
07.02.2013, 11:00
В свою очередь, Ясир Арафат также осудил действия ХАМАСа, так как они угрожали мирному процессу.55 Лишь 1 февраля 1993 года Израиль согласился возвратить часть депортированных арабов на оккупированные территории, оставив судьбу остальных палестинцев неясной.56 Таким образом, данный инцидент свидетельствует о том, что действия ХАМАСа были направлены на то, чтобы подорвать Вашингтонские переговоры и заставить отказаться от них. Рабин, в свою очередь, поступил недальновидно и опрометчиво, поддавшись на провокацию со стороны палестинских экстремистов.

19 января 1993 года кнессет отменил закон от 1986 года, запрещавший любые контакты между гражданами Израиля и ООП.57 Таким образом, данное действие означало фактическое признание руководством Израиля ООП.

Новый президент США Билл Клинтон поручил в начале февраля новому государственному секретарю Уоррену Кристоферу отправиться с первой своей миссией на Ближний Восток и подготовить встречу Клинтона с Ицхаком Рабином. Таким образом, президент США открыто пожелал быть лично вовлеченным в процесс мирного урегулирования на Ближнем Востоке, предложив Ицхаку Рабину « новый уровень стратегического партнерства».58

14 апреля Рабин заявил, что Израиль « в отличие от предыдущего правительства» готов к « обсуждению с палестинской делегацией» на вашингтонских переговорах окончательного положения о территориях на основе резолюции 242 ООН».59 Это был беспрецедентный шаг, ведь резолюция № 242 требовала возвращения к границам 1967 года.60 Это означало, что заявление Рабина соответствовала главной проблеме переговоров – «земля в обмен на мир».

Большие надежды, связанные с заявлением Рабина были, однако, несколько умерены новым туром переговоров, на котором не удалось найти приемлемого решения в отношении израильских поселений на оккупированных территориях. Спорными также оставались вопросы характера самоопределения на промежуточном этапе и перехода к окончательному статусу оккупированных территорий. Палестинцы хотели по окончании промежуточного этапа самоуправления создать палестинскую государственную структуру по принципу « два народа – два государства в Палестине». Израильтяне считали, что этот вопрос можно решить только после пяти лет самоуправления. Также Рабин колебался с решением о включении в состав палестинской делегации представителей ООП.61

На протяжении второй половины 1991 – 1992 годов проходил взаимный обмен меморандумами и иными документами, к чему прибегали израильские и палестинские представители, который не мог создать качественно новой ситуации, которая могла бы характеризоваться как реальная подвижка к миру.62

В этот период для Израиля было бы важно завязать и закрепить переговорный процесс с арабами по вопросам о безопасности, беженцах, формах политико-дипломатического признания и т. д. Также следует констатировать и определенную пассивность Вашингтона не только как сопредседателя мадридского форума, но и как возможного посредника. Некоторые политические наблюдатели объясняют эту пассивность давлением произраильских сил внутри страны на администрацию.63

Таким образом, складывались предпосылки для новой задержки переговоров, как об этом свидетельствовал девятый раунд майских переговоров.

ГЛАВА II ПЕРЕГОВОРЫ В ОСЛО И ПОДПИСАНИЕ ДЕКЛАРАЦИИ ПРИНЦИПОВ


2.1 Конфиденциальные переговоры в Осло


Работа двусторонних треков, проходившая в Вашингтоне, после довольно энергичного начала затем стала терять динамику и к середине 1993 года по существу зашла в тупик. Учитывая бесперспективность и тупиковый характер палестино-израильских переговоров в рамках многочисленных треков мирной конференции по ближневосточному урегулированию, у руководства обеих сторон созрела идея провести переговоры по секретному каналу.

Постепенно израильская общественность дозрела до понимания того, что только сосуществование палестинцев и израильтян, основанное на мирных, должным образом оформленных и гарантированных отношениях, должно явиться искомым, приемлемым и реальным будущим для Палестины, что выход из тупика может быть найден в случае, если начнутся прямые, лучше конфиденциальные, полнокровные палестино-израильские переговоры. Аналогичные процессы проистекали и в палестинской среде.64 Е. Д. Пырлин пишет, что «переговоры «под ковром» хороши тем, что они свободны от внешнего давления, воздействия общественного мнения или прессы, не связаны какими-то фиксированными сроками и требуют от участников переговорного процесса максимальной искренности и строгого соблюдения конфиденциальности. Только такие переговоры могут привести к желаемому «прорыву»; это лишний раз было наглядно подтверждено ходом и результатами палестино-израильских секретных переговоров в Норвегии».65

Идея конфиденциальных палестино-израильских переговоров родилась не на пустом месте, так как израильская пресса иногда писала о желательности проведения секретного палестино-израильского саммита. Но ни палестинцы, ни израильтяне не могли выступить с инициативой проведения таких конфиденциальных переговоров из опасения быть сразу же обвиненными в «сговоре», «измене», «отступлении от принципиальной позиции» и т. д.66 Также не могли выступить с таким предложением США и Россия, поскольку другие участники конференции непременно заподозрили бы в таком предложении неизбежный подвох. Поэтому для начала конфиденциальных палестино-израильских переговоров должен был появиться некий внешний толчок.

Таким внешним импульсом явились усилия норвежского правительства, которые были благожелательно встречены и израильтянами и палестинцами. Английская исследовательница Джейн Корбин писала в этой связи: «Норвегия уже занимала уникальную позицию между противоборствующими сторонами, позицию независимую, пользовавшуюся доверием обеих сторон. Последовательно сменявшиеся друг друга социалистические правительства Норвегии поддерживали тесные связи с израильской Партией труда. Сильные профсоюзы в обеих странах были также весьма близки между собой, а две трети норвежских членов парламента принадлежали к влиятельной лоббистской группе «Израиль за мир». С другой стороны, Норвегия поддерживала отличные связи с палестинцами. В этом заслуга Торвальда Столтенберга, длительное время занимавшего пост министра иностранных дел».67

В 1987 г. Столтенберг стал министром и посвятил в свои планы установления между Партией труда и ООП своего заместителя Яна Эгеланда, который поддерживал тесные контакты с «Международной амнистией», штаб-квартирой Красного Креста в Женеве и Еврейским университетом в Иерусалиме. В эти планы были посвящены также профессор Ларсен, имевший широкие связи с Партией труда и профсоюзами Израиля, его жена Мона, дипломат специалист по Ближнему Востоку, свояк Столтенберга Йорген Хольст, занимавший пост военного министра и в дальнейшем сменивший Столтенберга на посту министра иностранных дел, жена Хольста, известный социолог Марианна Хейберг, и дочь Столтенберга Камилла, сотрудница профессора Ларсена.68

Большую роль в организации контактов сыграл Терье Ларсен. В феврале 1992 года он встретился с находившимся с визитом в Осло членом руководства и главным финансистом ООП, директором палестинского банка «Самед» Ахмедом Куреи (Абу Ала). Затем, в мае 1992 года, накануне выборов в Израиле, Ларсен встретился в Тель-Авиве с молодым депутатом от Партии труда Йосси Бейлином, впоследствии ставшим заместителем министра иностранных дел Израиля, и также пришел с ним к согласию по вопросу налаживания связей с ООП. Бейлин и Абу Ала стали впоследствии одними из основных «архитекторов Осло».69 В сентябре 1992 г. Эгеланд посетил Израиль с официальным визитом, и с Бейлином вновь детально обсуждалась тема установления секретного палестино-израильского канала связи.70

В дальнейшем закрытые контакты между представителем палестинцев Абу аль-Ала и доверенным лицом Бейлина Хиршфельдом, посвященные более углубленной проработке вопроса об установлении конфиденциального канала связи, проходили в Лондоне, при этом соблюдая предельную осторожность. В общей форме была информирована американская сторона, которая не проявила особого интереса к этой информации.71 Палестинское руководство, в свою очередь, конфиденциально информировало российскую сторону о начале переговоров с израильтянами по секретному каналу, не раскрывая, однако сути этих переговоров Махмуд Аббас (Абу Мазен) признавал: «Выбрав путь Осло, параллельный Вашингтону, но не заменявший его, мы получили поддержку российского руководства и советовались с ним».72

Пойдя на сугубо конфиденциальные палестино-израильские переговоры, проарафатовское крыло ООП, и новое руководство Израиля надеялись на осуществление своих следующих целей:

палестинцы, надеясь, что американская сторона будет продолжать давление на Израиль в вопросах урегулирования, стремились добиться в ходе закрытых от посторонних глаз и ушей переговоров не только соглашения по «общим рамкам» урегулирования, но и согласия Израиля на какую-либо форму автономии для оккупированных территорий, что могло бы стать шагом на пути к реализации планов создания палестинской государственности;

израильтяне, действовавшие по формуле «земля в обмен на мир», полагали, что любой конкретный результат палестино-израильских переговоров приведет к расколу палестинское движение, постепенному угасанию интифады, изоляции крайних радикалов и экстремистов в среде палестинцев на оккупированных территориях и в диаспоре, что снизит напряженность в палестино-израильских отношениях и даст возможность Израилю вести дело к такой форме палестинской государственности, которая его устроит. Так родилась взаимоприемлемая формула «Газа и Иерихон – сначала!».73

К открытию нового секретного канала израильских лидеров подтолкнули и внутриполитические соображения. В 1992 году на правительство Рабина оказывали серьезное давление правые партии. Оно располагало только 62 голосами в кнессете и могло рассчитывать на дополнительные пять голосов арабских партий и коммунистов только в случае проведения курса на урегулирование палестинской проблемы. Кроме того, на оккупированных территориях ситуация складывалась все более неблагоприятно. Позиции ХАМАС усиливались вместе с радикализацией палестинского общественного мнения.74

20 января 1993 года можно считать датой начала конфиденциальных палестино-израильских переговоров, в этот день все их участники прибыли в Норвегию и разместились в городке Сапсборг.75

Присутствие Эгеланда на начале переговоров убедило их участников в серьезности намерений норвежской стороны добиться ощутимого прогресса в сближении позиций Израиля и палестинцев и заставило их серьезно и ответственно подойти к самим переговорам. Уже на первой встрече палестинские представители предложили начать работу над «Декларацией принципов» палестино-израильских отношений, с чем согласились израильтяне. Палестинские и израильские представители подозревали друг друга в недостаточной авторитетности, в отсутствии «выходов» на руководство Израиля и ООП. Палестинских представителей также не могло не настораживать то обстоятельство, что между Рабином и Пересом, лидерами Партии труда, сохранялись определенные разногласия, которые проистекали, в частности, от разницы их темпераментов и характеров.76

9 февраля 1993 года в Осло начался новый раунд переговоров. На встрече с Рабином, Перес предположил, что Израилю следует сделать все возможное для того, чтобы Арафат покинул Тунис и вернулся на Западный берег и в Сектор Газа. 11 февраля была принята декларация о намерениях, в которой в качестве генеральной линии предусматривался региональный план Маршалла.77

В ходе переговоров была выдвинута идея «Газа, Иерихон – сначала!». Официально израильская сторона объясняла приоритетность выбора Газы и Иерихона желанием предоставить ООП «то, что можно назвать собственным домом», поскольку Западный берег реки Иордан – это «демографический омлет», по выражению Переса.78 Сектор Газа – это «полюс бедствий» палестинцев, социальная напряженность и обостренные отношения между палестинцами и израильскими оккупационными властями там проявлялись значительно резче, чем на других удерживаемых Израилем палестинских территориях.79

Время от времени участники переговоров выезжали для получения инструкций в Тунис и Иерусалим, обе стороны добросовестно соблюдали конфиденциальный характер переговоров. Эти поездки убедили и палестинских и израильских участников переговоров, что их действия встречают одобрение и руководителей израильского правительства, и ведущих деятелей ООП, несмотря на то, что в палестино-израильских отношениях возникали в это время различные, во многом «традиционные» сложности, практически не продвигался мирный процесс, девятый раунд Мадридской мирной конференции по Ближнему Востоку оказался бесплодным.

Для оживления переговоров и в ответ на требования палестинской стороны о подключении к секретным переговорам израильских официальных лиц соответствующего уровня Шимон Перес намеревался лично отправиться в Осло, но после совещания с Рабином согласился послать вместо себя только что назначенного генерального директора МИД Ури Савира. Палестинцы были весьма удовлетворены приездом Савира.80

Возвратившись в Израиль, Савир подчеркнул свое глубокое убеждение, что установленный закрытый канал палестино-израильской связи дело очень серьезное и правительство должно максимально его использовать для проведения полноценных и плодотворных переговоров с ООП. Отныне именно Савир стал главным «переговорщиком» с израильской стороны, профессора Хиршфельд и Пундак выполнили свою функцию по установлению и задействованию канала связи с палестинцами и отошли на второй план.81

Также израильтяне сочли необходимым подключить к секретным переговорам крупного юриста, отставного полковника Джоэля Зингера, который после 18 лет службы в армии возглавил престижную вашингтонскую адвокатскую контору. После длительных колебаний он согласился стать юридическим советником МИДа и после ознакомления с деталями переговоров по закрытому каналу выехал в Осло.82 Включение Зингера – видного юриста-международника – в группу, работавшую по конфиденциальному каналу связи с палестинцами, подтверждало серьезность намерений нового израильского правительства в отношении палестино-израильского урегулирования.

Завершающие раунды переговоров проходили в условиях серьезного кризиса во взаимоотношениях сторон, вызванного большим количеством разногласий по отдельным пунктам и деталям итогового документа в сочетании с сильным давлением временного фактора: в условиях настойчивого внимания журналистов к израильско-палестинским контактам обеим сторонам необходимо было сохранить переговоры в секрете вплоть до полного согласования текста итогового документа.83

Хотя в переговорах по закрытому каналу связи был достигнут определенный успех, он не пришел автоматически, переговоры были трудными, но желание участников подготовить «Декларацию принципов» давало надежду на конечный успех.


2.2 Декларация принципов и ее значение


10 сентября 1993 года Израиль и ООП обменялись письмами, в которых ООП признала право Израиля на существование, а Израиль признал ООП в качестве представителя палестинского народа.84

Перед подписанием соглашения в Осло возникла проблема, связанная с тем, что это соглашение было достигнуто до того, как Израиль признал ООП. В тексте соглашения фигурировало правительство Израиля, но не упоминалось ООП. Арафат настаивал на том, чтобы наименование «Организация освобождения Палестины» было внесено в текст документов, в противном случае он не сделает ни шагу. Более того, он подтвердил те статьи Палестинской национальной хартии, в которых отрицается право Израиля на существование.85 После вмешательства американцев и усилий Переса израильтяне согласились внести изменения в документы; отныне соглашение было заключено между правительством Государства Израиль и Организацией освобождения Палестины.86

Итак, после 14 раундов изнурительных, трудных, напряженных встреч и переговоров по установленному при помощи норвежской стороны конфиденциальному палестино-израильскому каналу связи был подписан документ исторической важности – палестино-израильская Декларация принципов о временных мерах по самоуправлению – DeclarationofPrinciplesonInterimSelf-GovernmentArrangements.87

Декларация принципов была подписана 13 сентября 1993 года в Белом доме в Вашингтоне на официальной церемонии в присутствии высокопоставленных официальных лиц – американцев, израильтян, палестинцев, норвежцев и русских. Б. Клинтон, У. Кристофер, Я. Арафат, И. Рабин, Й. Хольст, Б. Бутрос Гали наблюдали за тем, как Ш. Перес и Махмуд Аббас подписывают Декларацию. В ходе церемонии, председатель ООП Я. Арафат и премьер-министр Израиля И. Рабин впервые обменялись рукопожатиями.88

Декларация принципов открывалась заявлением обеих сторон, что «пришло время положить конец десятилетиям конфронтации и конфликта, признать взаимно законные и политические права друг друга, стремиться жить в условиях мирного решения и исторического примирения посредством согласованного политического процесса».89

Основные положения Декларации сводились к следующему. Целью палестино-израильских переговоров в рамках ближневосточного мирного процесса провозглашалось создание палестинского автономного органа власти, Совета избранного населением Западного берега реки Иордан и сектора Газы, на срок, не превышающий пяти лет, в качестве промежуточного шага на пути к окончательному урегулированию на базе резолюций Совета Безопасности ООН № 242 и 338.90 Тематикой переговоров об окончательном статусе этих территорий явятся «Иерусалим, проблема беженцев, поселений, мер по обеспечению безопасности, границы, отношения и сотрудничество с другими соседями, а также другие проблемы, представляющие особый интерес».91

Передачу власти от оккупационных властей и гражданской израильской администрации «уполномоченным на то палестинцам» предлагалось начать с вступлением в силу Декларации принципов и договоренности по Газе и Иерихону, с выводом оттуда израильских войск, причем палестинцы возьмут на себя полномочия в области культуры и просвещения, здравоохранения и социальных дел, взимания налогов и туризма, начнется создание палестинской полиции.92 На переходный период будет действовать Временное соглашение, которое определит структуру, численность палестинского Совета и порядок передачи ему соответствующих властных полномочий от оккупационных военных и гражданских израильских властей.93 Не позднее третьего года переходного периода должны были начаться переговоры между израильским правительством и представителями палестинцев о постоянном статусе.94

Переговоры должны были завершиться в 1998 г, на который намечалось проведение палестино-израильских переговоров относительно окончательного статуса Иерусалима, о прохождение границ Палестинского государственного образования и Израиля, о судьбе еврейских поселений на Западном берегу реки Иордан.95 В качестве принципа переговоров переходного периода закреплялось, что они не должны предопределять характер решений, которые будут приняты в отношении окончательного статуса.96

Декларация принципов делила ответственность за обеспечение безопасности между сторонами – палестинская полиция обеспечивала внутреннюю безопасность территорий, а за Израилем сохранялось обеспечение внешней безопасности и безопасности израильских поселений. Предусматривалось создание – на переходный период – смешанной палестино-израильской миссии связи, на которую возлагались вопросы, связанные с выполнением Декларации принципов. Вопросы, связанные с будущей судьбой депортированных и высланных палестинцев, предлагалось решать комиссии, в которой были представлены не только не только палестинская и израильская стороны, но также правительства Иордании и Египта. Было условлено, что израильские войска будут выведены из населенных пунктов оккупированных территорий. Предполагалось установление палестино-израильского сотрудничества по вопросу выполнения программ экономического развития.97

Декларация о принципах была высоко оценена секретарем Исполкома ООП Махмудом Аббасом. Он особо подчеркивал, что подписание Декларации о принципах «стало возможным не только в результате переговоров, которые проходили в Вашингтоне или Осло. Это соглашение надо рассматривать как итог длительной и кропотливой работы Палестинского движения сопротивления в военной, политической и информационно-пропагандисткой областях».98 Однако, значительная часть палестинской общественности раскритиковали Арафата за подписание Декларации о принципах, пересмотр Палестинской национальной хартии, приостановку интифады. А. Рубби пишет, что «подобная «капитуляция», как говорили его критики, не могла быть оправдана малосущественными уступками. Среди его критиков, как и следовало ожидать, оказались интегралисты из ХАМАСа и проирански настроенные деятели из «Исламского джихада», оппозиционеры из ООП Хаббаш и Хаватмех, которые сразу же стали пророчить еще худшие беды. Менее предсказуемым и весьма болезненным стало проявление критических настроений среди таких видных и связанных с Арафатом людей, как Фарук Каддуми и поэт Махмуд Дарвиш, и некоторых крупнейших деятелей Мадридской конференции и вашингтонских переговоров, таких как Ханан Ашрави и Абдель Шафи. Вина за все возлагалась на авторитарное и персональное руководство Арафата и на отношения взаимного попустительства в руководящих органах ООП».99

Израильское руководство также придавало подписанию Декларации принципов огромное значение. В частности, Шимон Перес отмечал: «Мирное соглашение между нами и палестинцами – это не просто документ, подписанный политическими лидерами. Это – наше обязательство перед будущими поколениями, перед арабами и израильтянами, перед христианами, мусульманами и евреями… Мы договорились по одному из сложнейших вопросов за последние сто лет. Мы полны решимости превратить наше соглашение с палестинцами в постоянно и успешно действующий процесс».100 В поддержку Рабина и Переса выступили президент израильского государства Эзер Вейцман, большинство общественного мнения, уставшего от жизни в обстановке войны и нескончаемых конфликтов, а также большинство, хотя и незначительное, кнессета.101

Однако стоит отметить, что стороны не обольщались фактом подписания Декларации принципов, хотя она была подписана также госсекретарем США У. Кристофером и министром иностранных дел Российской Федерации А. Козыревым, так как до окончательного урегулирования палестино-израильского конфликта было еще очень далеко.

Генеральная Ассамблея ООН осенью 1993 года поддержала Декларацию принципов. Была принята резолюция «Ближневосточный мирный процесс», в которой приветствовалось развитие событий. 1 октября 1993 года в Вашингтоне была проведена международная конференция на уровне министров иностранных дел и финансов, на которой были в принципиальном плане согласованы подходы в вопросе об оказании международной донорской помощи формирующимся структурам палестинской национальной автономии. Было решено создать Временный координационный комитет в составе РФ и США как коспонсоров, а также ЕС, Японии, Норвегии, Израиля, Иордании, Египта, Саудовской Аравии и палестинцев.102Все это свидетельствует о том, что мировое сообщество положительно расценило факт подписания Декларации принципов.

Е. Д. Пырлин считает, что данный документ « можно расценить как прорыв в палестино-израильских отношениях, как в целом удавшуюся попытку создать новую атмосферу в этих отношениях - атмосферу взаимного доверия и обоюдных надежд».103 Т. Носенко пишет, что «решающую роль в успехе контактов в Осло сыграл И. Рабин. Его несомненная заслуга состоит в том, что он нашел в себе силы поступиться определявшими все его прежнее мировоззрение принципами, перешагнуть через перенасыщенное кровью и насилие прошлое между двумя народами и ради стабильности и безопасности своей страны и всего региона протянуть руку заклятому в недавнем прошлом врагу – Я. Арафату».104

Декларация принципов призвана была стать первым шагом на пути к мирному решению палестинской проблемы – ключевого элемента ближневосточного урегулирования. В Декларации принципов израильтяне и палестинцы пошли на значительные уступки друг другу. Она создала первые органы практического взаимодействия арабов-палестинцев и израильтян. Достигнутое в Осло соглашение сделало возможным мирный процесс и создало основу для дальнейшего развития палестино-израильских отношений. Предусмотренное этим соглашением самоуправление и план вывода израильских войск с оккупированных территорий обеспечивали предпосылки для обретения палестинцами в будущем государственности. С точки зрения Арафата, самоуправление было жизненно необходимо для будущего Палестины как национального государства.105

Вместе с тем, особенностью палестино-израильского диалога стала идея отложенного статуса, которая сыграла неоднозначную роль в урегулировании. С одной стороны, установление сроков для окончательного решения проблемы (пять лет) давало перспективу переговорам. С другой стороны, главные противоречия между сторонами были сконцентрированы вокруг окончательного статуса, и отсутствие предварительных договоренностей о том, каким будет окончательный статус, углубляло недоверие между ними и неудовлетворенность достигнутыми результатами.106

Таким образом, главные вопросы конфликта были отложены, и возможность их компромиссного решения оставалась открытой.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Проблемы в отношениях между Израилем и палестинцами были в основном связаны с нежеланием двух народов признавать права друг друга. Отсюда и вытекали все основные противоречия: непризнание Израилем права палестинцев на свое государственное образование; израильские поселения на оккупированных территориях; статус Иерусалима; дислокация израильских войск территориях, принадлежащих палестинцам; вопрос о границах; меры безопасности для предотвращения гибели сотен людей с обеих сторон; нежелание израильского руководства признавать ООП как представителя всего палестинского народа; вопрос о беженцах. Плюс ко всему все эти противоречия подогревались радикально настроенными экстремистами как в среде палестинского, так и израильского общества. Однако в 1991 – 1993 годах некоторые проблемы в отношениях удалось решить. Так, в частности, состоялось обоюдное признание народами прав друг друга и осознание ими, что только мир может принести благополучие на их землю. Также израильское руководство признало ООП, была подписана Декларация принципов, в которой провозглашалось предоставление палестинцам национальной автономии в районе Сектора Газа и Западного берега реки Иордан. И все же многие проблемы остались нерешенными и до сих пор обостряют обстановку в регионе.

В результате исследования установлено, что для разрешения палестино-израильских противоречий в 1991 году в Мадриде была созвана международная конференция по Ближнему Востоку, активное участие в организации которой приняли США и СССР, взявшие на себя функции коспонсоров урегулирования конфликта на Ближнем Востоке в целом, и палестино-израильского конфликта в частности. Основным содержанием работы конференции стала выработка таких компромиссных формул, которые оправдывали бы для сторон начало переговоров. Отсюда и такая характеристика Мадридской конференции как «стартер» переговоров, позволявший «запустить» мирный процесс. Логичным продолжением Мадридской конференции стал целый ряд двухсторонних и многосторонних треков, которые, однако, очень скоро показали свою бесперспективность и необходимость проведения переговоров между палестинцами и Израилем по конфиденциальному каналу.

В июне 1992 года в Израиле были проведены выборы в кнессет, победу в которых одержала Партия труда, и правительство возглавил ее лидер Ицхак Рабин. Этот деятель резко изменил политический курс, которого придерживался его предшественник и предпринял ряд шагов, направленных на нормализацию отношений с ООП, а затем и признание этой организации как правомерного представителя палестинского народа. Без участия Рабина и Шимона Переса невозможно было бы подписание Декларации принципов. Его приход к власти можно считать принципиально новым этапом в развитии палестино-израильских отношений.

Осознав бесперспективность двухсторонних переговоров в Вашингтоне, и руководство Израиля и палестинцы при содействии ряда норвежских деятелей пошли на конфиденциальные переговоры в Осло. Впервые переговоры велись не с теми палестинскими лидерами, которые устраивали Израиль, а с теми, кто действительно разрабатывал и осуществлял стратегию палестинской борьбы против Израиля. В ходе этих переговоров «под ковром» израильтянам удалось отказаться от «политики с двойным дном» и сторонами была подготовлена так называемая Декларация принципов, имевшая огромное значение. В этом документе окончательно были признаны права палестинцев на собственное государственное образование, закреплялось признание ООП, и стороны обязывались жить в мире. Таким образом, несмотря на то, что многие ключевые вопросы не были затронуты в данном документе, а некоторые положения не были реализованы, все же Декларация принципов явилась качественно новым, прогрессивным шагом в развитии палестино-израильских отношений.

Приложение № 1


Палестинская национальная хартия от 1-17 июля 1968 г.

Статья 1. Палестина является родиной арабского народа Палестины и составной частью «великой арабской родины», а народ Палестины являетсячастью арабского народа.

Статья 2. Палестина в границах периода британского мандата является единой и неделимой территорией.

Статья 3. Арабский народ Палестины является законным хозяином своей родины и будет добиваться самоопределения после ее освобождения и только по своему собственному свободному выбору.

Статья 4. Самобытность арабского народа Палестины является основным и неизменным свойством, переходящим из поколения в поколение; сионистская оккупация рассеяла арабский народ Палестины, но, несмотря на постигшую его катастрофу, национальные особенности народа остались неизменными и не подлежат отрицанию.

Статья 5. Палестинцами считаются арабские граждане, постоянно проживавшие в Палестине до 1947 года и выехавшие оттуда либо оставшиеся на месте, а также родившиеся от отца-палестинца после этой даты в Палестине или за ее пределами.

Статья 6. Евреи, постоянно проживавшие в Палестине до сионистского вторжения, также считаются палестинцами.

Статья 7. Принадлежность к палестинскому народу, а также материальная, духовная и историческая связь с Палестиной являются установленным фактом. Палестинское образование и воспитание является арабским революционным воспитанием и направлено на формирование национального самосознания, усвоение глубоких знаний о духовной и материальной культуре своей родины, готовность вести вооруженную борьбу и всеми силами приближать освобождение и возвращение родины. Все это является нашим национальным долгом.

Статья 8. В настоящее время арабский народ Палестины находится в состоянии национальной борьбы за освобождение Палестины, поэтому разногласия между различными между различными силами, борющимися за освобождение Палестины, вторичны, и их следует прекратить ввиду коренного противоречия между сионизмом и империализмом, с одной стороны, и арабским народом Палестины – с другой. Эта цель объединяет всех палестинских арабов, проживающих как на оккупированной земле, так и в изгнании, организации и частные лица в единый национальный фронт борьбы за возвращение родины и ее освобождение в ходе вооруженной революции.

Статья 9. Вооруженная борьба является единственным способом освобождения Палестины и, следовательно, стратегией, а не тактикой. Народ Палестины подтверждает свое твердое намерение решительно и неуклонно продолжать вооруженную борьбу за освобождение своей родины Палестины, возвращение и восстановление своего естественного, права на нее, а также права на самоопределение и полный суверенитет над ней.

Статья 10. Освободительная борьба является смыслом войны арабского народа Палестины, и ее следует расширять, защищать и мобилизовать все силы палестинского народа, как народные массы, так и научный потенциал, и организовать их для участия в вооруженной палестинской революции. Следует добиваться объединения между различными организациями арабского народа Палестины и большинством арабского народа ( в арабских странах) в рамках национальной борьбы для расширения революции и доведения ее до победного конца.

Статья 11. Палестинцы выдвигают три лозунга: национальное единство, национальная мобилизация и национальное освобождение.

Статья 12. Арабский народ Палестины верит в единство арабского народа и считает своим долгом не отступать от него в своей национальной борьбе, одновременно сохраняя собственную самобытность, подчеркивая и укрепляя ее реальность, и срывать при этом все планы по ассимиляции и ослаблению своей национальной самобытности.

Статья 13. Арабское единство и освобождение Палестины – две взаимосвязанные цели. Арабское единство способствует освобождению Палестины, и освобождение Палестины способствует укреплению арабского единства, достижение этих целей осуществляется в неразрывном единстве.

Статья 14. Судьба арабского народа и все его существование связаны с судьбой арабского народа Палестины. Следовательно, арабский народ должен приложить все усилия для освобождения Палестины. Народ Палестины стоит на переднем крае борьбы за осуществление этой святой общенародной цели.

Статья 15. Освобождение Палестины является национальным долгом всего арабского народа. Перед ним стоит задача изгнать из своего отечества сионистских и империалистических захватчиков и полностью очистить Палестину от сионизма. Ответственность за осуществление этой задачи полностью ложится на арабский народ и его правительства, и в первую очередь на арабский народ Палестины. С этой целью арабский народ должен мобилизовать все свои возможности, как военные, так и личные, как материальные, так и духовные, чтобы принять всемерное участие в борьбе арабского народа Палестины за освобождение Палестины и, на данном этапе, в вооруженной палестинской революции; оказывать всяческую помощь и считать сионизм незаконным движением и полностью запретить его деятельность.

Статья 16. Освобождение Палестины, с духовной точки зрения, предоставит Святой Земле атмосферу безопасности и спокойствия, которое в свою очередь будет охранять религиозные святыни страны и гарантировать свободу вероисповедания и посещения всех их, без дискриминации и гонений, в независимости от цвета кожи, языка, или религии. Соответственно, народ Палестины обращается ко всем духовным силам в мире для поддержки.

Статья 17. Освобождение Палестины, с человеческой точки зрения, восстановит палестинцам их достоинство, гордость, и свободу. Соответственно арабский народ Палестины с нетерпением ждет поддержки всех тех, кто верит в права человека и его свободы.

Статья 18. Освобождение Палестины, с международной точки зрения, является действием вызванным необходимостью самообороны. Соответственно палестинский народ обращается к миролюбивым государствам для поддержки, чтобы восстановить законные права арабов в Палестине, восстановить мир и безопасность в стране, и позволить ее народу получить национальный суверенитет и свободу.

Статья 19. Раздел Палестины в 1947 г. и учреждение Государства Израиль полностью незаконны, потому что они противоречат желанию палестинского народа к естественному праву на родину, и принципам, воплощенным в Уставе Организации Объединенных Наций, особенно, что касается права на самоопределение.

Категория: Исторические | Добавил: Grishcka008 | Теги: Клинтона, ООП, Рабином, Встречу, Ицхаком
Просмотров: 288 | Загрузок: 0 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Категории раздела
Форма входа
Минни-чат
Онлайн Сервисы
Рисовалка Онлайн * Рисовалка 2
Спорт Онлайн * Переводчик Онлайн
Таблица Цветов HTML * ТВ Онлайн
Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0